Памяти Юры Феофанова

ССО «ЧЕЧАКО». 7 августа 1983 года.

(авторов не помню)

***
Трудно жить мне на свете,
Трудно слышать тот крик.
К человеческой смерти
Я еще не привык.
И в товарище младшем
Среди суеты
Мне угадывать страшно
Неживые черты.
Видеть это не в силе.
Стиснув зубы, молчу.

***

Страданье устает страданьем быть
И к радостям относится серьезно,
Как будто бы в ярме обрыдлом бык
Траву жует почти религиозно.
И переходит в облегченье боль,
И переходит в утешенье горе,
Кристаллизуясь медленно, как соль,
В уже перенасыщенном растворе.

***

Не дай, господь, не надо,
Не надо черных струн,
Не надо ветра, града,
Не надо солнц и лун.

Не дай чужим страданья,
Ни судорог, ни слез,
Пусть током бьет сознанье
До сердца и до грез.

Не надо плакать, люди,
Не надо – боль одна.
А смерть не судят судьи,
На всех лежит вина.

Перенесите молча
Боль через горя ров,
Нести от боли корчась,
Себя переборов.

***
(Р. Блюменталь?)

Напряжение ноль – все нормально.
И ползай себе по земле.
Ведь ползать тоже похвально,
Приятно ютиться в тепле.

Не хватало тебе напряженья
Того, – которое ноль.
Другое было стремленье,
И светлым и горьким, как соль.

Но резко сознанье пробило
Напряженье и резкая боль.
Не десять тысяч убило,
А то, которое ноль.

А мы стояли в смятеньи,
Кто-то слезы пролил.
Высокое напряженье
Ты и нам, уходя, подключил.

Привел, наконец, нас в движенье.
Да будем мы прокляты, коль
Спадет твое напряженье
До отметки убийственной – ноль.

Поэма о «Чечако»

М. Силин

Из всех известных в мире ССО
«Чечако» я сильнее уважаю,
И буду петь об ём в поэме я своей,
И с мыслью об нему встаю и засыпаю.

Да, наш «Чечако» очень знаменит,
С отрядами другими никакого сходства,
И пусть в душе он капельку бандит,
Но сколько на нему печати благородства.

Благодаря кому Вы столь известны стали?-
«Чечако» что-то захотел спросить,
Ведь знают все: характер Ваш из стали,
Так обо что мы будем говорить?

Вы может «Пламени» поклонник?
Скажите мне сюда в ответ,
С «Чечако» может он поспорить?
Чтоб это было «да», так «нет».

Не все читают зарубежной прессы,
Но все, от взрослого до малыша,
Не променяют ради интереса
Такой отряд на конгрессменов США.

Так перестань сказать мне с ноткой сожаленья,
Что ты слыхал об нём плохих вещей.
Из этого «Чечако» без сомненья
Лишь может стать значительно гордей.

Я за «Чечако» свой веду рассказ,
И об нему моя страдает лира.
И верю я, что недалёк тот час,
Когда бетоном он зальёт полмира.

И чтоб я с места этого не встал,
Скажу вам так – откройте шире уши –
Что раз в «Чечако» кто-нибудь попал,
То уж нигде ему не будет лучше.

Акростихи

Володя Литвинский

Сонет

Мои непостоянные мечты –
Акации земного притяженья,
Растущие на семенах сомненья
И вянущие в толще красоты.

Никак не зеленятся вновь листы,
А как хотелось адского мученья,
А как хотелось райского сближенья,
Ночного неба светлой темноты.

Да, я хотел – но уголь тлеет мой –
Ревущих гроз в пучине волновой,
Еще хотелось лунного парада,

Еще хотел – да мало ль что хотел! –
Видать, мечтал – да мало что сумел,
А вспоминать, пожалуй, и не надо.

Алексей Сокол

Терцины

Юла крутилась, колокол, звеня,
Легко качался и неутомимо.
И вот пришел он – оседлал коня.

Я его видел – он неумолимо
Царил над всем движением Земли.
И конь его смотрел неукротимо.

Луна и звезды – неба корабли
Едва дыша, закрылись облаками,
В вечерней тьме огня не разожгли.

И он ушел – все кончилось стихами,
Что он принес? Зачем он приходил?..

Стенд Чечако-17

ПЕРЕДОВИЦА ПЕРЕДОВИЦА ПЕРЕДОВИЦА ПЕРЕДОВИЦА

Непосредственно под этой газетой находится отчётно-рекламный стенд ССО «ЧЕЧАКО», из которого явствует его летняя трудовая жизнь. Она кончилась 5 сентября, когда мы приехали в Ригу, закрыв сезон «ЧЕЧАКО»-16. 6 сентября начался подготовительный период «ЧЕЧАКО»-17. Характерной чертой нашего отряда является то, что на зиму он не впадает в спячку и не сосёт лапу, а действует: регулярно собирается штаб, репетирует агитбригада, функционирует редколлегия (как видите), работает сектор набора (кстати о наборе. См. ОБЪЯВУ на стенде со львом).
Набор происходит нетривиально. Претендующим на звание чечако (чечачки) приходится выдержать конкурс. Одним из средств естественного отбора с давних пор были традиционные субботники. Весной каждый боец должен был отработать определённое количество часов на стройке в составе одной из бригад. Это позволяло поближе познакомиться с молодыми бойцами, определить степень их трудовой зрелости, проверить их на товарищество.
В этом году возникла новая традиция. Мы решили начать работать сразу. Чтобы не расслабляться. Это происходит в форме воскресных поездок в колхоз. Каждое второе воскресенье человек 15-20 отправляются туда и проводят там целый день, сочетая приятное с полезным. Свежий цвет лица сохраняется у них до четверга включительно. Предлагаем вашему вниманию репортаж об одной их таких поездок.

***

ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ОЧЕРК ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ОЧЕРК

I
Дождь лил не переставая. Под ногами чавкало. С трудом переводя дыхание, он оглянулся. До самого горизонта простиралась затянутая пеленой дождя однообразная картина. Он почувствовал, как грязная струйка воды медленно сползла за шиворот. Силы покидали его. Но где-то очень глубоко в душе теплилась мысль о том, что когда-нибудь ему снова будет тепло и весело. Надо только из последгих сил делать то, ради чего он пришёл сюда.
Он нагнулся и мощным рывком оторвал от земли нечто мокро-тяжёлое и бесформенное. На горову обрушились потоки воды. Захлёбываясь, он всё-таки сумел сильным броском избавиться от ноши.
Сквозь шум дождя внезапно донеслось тарахтенье мотора. Ио н вдруг почувствовал, что он не один, не сам, что вокруг люди, которым тоже трудно, холодно и мокро, но они смеются, шутят и смотрят вперёд с улыбкой и уверенностью. Его горячей волной захлестнула радость – он с ними, с этими сильными и уверенными людьми…
Вернувшись домой, он снова и снова вспоминал то, что пережил – этот длинный, длинный дождливый день. Впрочем, скоро он уже спал.

II
-Алло, командир?
-Я слушаю, комиссар.
-Только что вернулись из колхоза – грузили капусту.
-Как прошло – нормально?
-Норма-а-ально! Правда, холодно было: весь день дождь шёл. После обеда девчонок отправили греться, а мужики работали дальше – надо было закончить.
-Из новичков кто-нибудь был?
-Был один.
-Ну и как он?
-Да вроде свой мужик, нормально работал.
-Ну что ж, такие люди нам нужны. Пока!
-Пока, командир.
subbotnik83a

***

Из достоверных источников известно, что ССО «ЧЕЧАКО» по нечётным воскресеньям трудится в совхозе «Залите». Передаём информационное сообщение о последнем выезде.
ВОСКРЕСЕНЬЕ, 12.12.82. 07 ч.40 мин. В ССО «ЧЕЧАКО» осуществляется посылка 4-х членов отряда и 6-ти кандидатов в члены отряда в совхоз на лесопильные работы. Впервые за всю историю субботников подготовительного периода этого года в состав экипажа вошла девушка-кандидат.
08 ч.00 мин. по местному времени. Был успешно осуществлён запуск, и автобус под командованием заслуженного чечака, ветерана ССО А. Шлюгера отправился к месту работы. В течение всего рейса большинство членов и кандидатов в члены отряда были погружены в анабиоз. Лишь двое вахтенных неторопливо беседовали под неумолчный гул двигателя внутреннего сгорания. После прибытия автобуса на место все члены экипажа вышли из анабиотического состояния, и был организованно проведён выход на свежий воздух.
09 ч.33 мин. Состояние здоровья членов экипажа отличное, настроение бодрое. Бортовые системы работают нормально. Экипаж переходит к выполнению намеченной программы, в ходе которой, под руководством опытных чечак, будет проверена работоспособность, жизнестойкость и коммуникабельность кандидатов в члены ССО «ЧЕЧАКО».
09 ч.40 мин. Прибывшие начинают проведение научно-технических и медико-биологических экспериментов в области симбиоза человека разумного с топорами и циркулярной пилой. Первые часы работы дали обнадёживающие результаты.
12 ч.16 мин. Выполнению запланированных работ препятствуют ухудшившиеся погодные условия. На рабочих местах прилагают все усилия для преодоления последствий стихийного бедствия и выполнения намеченных экспериментов.
13 ч.02 мин. Выход из строя не выдержавшей работы в тяжёлых походных условиях циркулярной пилы. Срочно проведённая реанимация не дала немедленных результатов.
13 ч.40 мин. Выход из затруднительной ситуации был найден в обеденном перерыве. Организовано обильное диетическое питание. В ходе перерыва командир А. Шлюгер провёл беседу с новичками, записавшимися в отряд этой осенью.
14 ч.30 мин. Возобновление трудовой деятельности после обеда. Весёлый визг отремонтированной циркулярной пилы вселяет оптимизм и уверенность в сердца работающих. Бодрый стук топоров, раздающийся рядом с визгом пилы, свидетельствует о том, что занятые не колке дров даром времени не теряют.
16 ч.27 мин. Заключительное усилие возле циркулярной пилы.
17 ч.00 мин. Крик командира: «Кончай работу, мужики!»
17 ч.05 мин. Прибытие автобуса, благодарность со стороны руководства совхоза за нашу топорную работу и отъезд.
17 ч.54 мин. Прибытие на родную территорию г. Рига. Недолгое прощание. Все расходятся по домам. Намеченная программа успешно реализована.

***

Заметки нашего собственного корреспондента со стройплощадки в Плявниеках
subbotnik83b

В последнее время в ССО «ЧЕЧАКО» заметна тенденция удлинения трудового семестра за счёт сокращения учебного. Но если раньше мы позже начинали учиться, то теперь мы ещё и раньше кончаем.
Итак, 20 декабря стройгруппа при ССО «ЧЕЧАКО», состоящая из членов и кандидатки в члены отряда, пыталась приступить к строительству жилого дома в Плявниеках. Первая попытка заключалась в отыскании дома N72 по ул. Суворова, который оказался на ул. Революцияс, откуда и уехал пустой автобус на поиски студентов. Спустя 20 минут его видели на углу Меркеля и Кр. Барона, через час на Ленина, через полтора часа – в Бикерниекском лесу. И только воспользовавшись жигулями ВАЗ 2102, оперативная группа сумела нагнать беглеца.
К обеду строй-группа оказалась на объекте. Чего там только не было! Не было молотков, ножовок, растирок, мастерков, и кроме того – обеда…
Взору непообедавших бойцов открылась 4-ёх кубовая куча раствора, которая с нетерпением ждала их с 8 часов утра. «Здравствуйте» – сказала куча и задубенела. Сжав зубы, с холодным блеском в голодных глазах бойцы взялись за работу. Через 2 часа был залит пол в первой комнате. Через 2,5 часа – в двух, через 2,45 в трёх. Идя навстречу пожеланиям федерации тяжёлой атлетики, администрация стройки отключила подъёмник, и вёдра с раствором подавались на 4 этаж вручную. И так пока не стемнело.
Наступил конец первого рабочего дня. Чечаки погрузились в автобус, который отвёз их на Суворова 72 по ул. Революцияс.

Объява – опытно-экспериментальный репрессивный отбой

Автор: комендант М.Силин

С сегодняшнего вечера будет внедрен опытно-экспериментальный репрессивный отбой, для обеспечения успешного засыпания и последующего просыпания бойцов ССО «Чечако». Последнее необходимо для успешного осуществления трудовой деятельности.
Условия отбоя следующие:
За 15 минут до 23-00 по часам коменданта лагеря будут даваться 3 предупредительных удара в колокол, чтобы желающие успели сходить кое-куда, сделать кое-что, почистить ЗУБ, ноги, руки, ногти, раздеться и улечься, предварительно потушив свет. В 23-00 будут даны 5 ударов в колокол, знаменующие собой начало комендантского часа, после которых на территории лагеря и в его окрестностях не должно находиться ни одного человека из числа бойцов отряда. За упомянутое появление или отсутствие в закрепленной за бойцом койке будут раздаваться наряды в неограниченном количестве. Свет в комнатах и палатке должен быть потушен сразу после отбоя вместе с 5 ударом колокола. Наряды будут раздаваться в независимости от пола, возраста, национальности, вероисповедания, стройотрядовского стажа, факта проживания в одной комнате с командиром, комиссаром, доктором, комендантом, бригадирами, инспекторами по ТБ, пожарной безопасности и прочим мелким начальством, по усмотрению командира, мастера, доктора и коменданта лагеря. После отбоя на территории лагеря могут появляться: командир отряда, мастер, комендант лагеря. Они же в основном будут раздавать наряды (причем преимущественно комендант). Членам штаба и лицам, вызванным туда, дается 5 минут для достижения горизонтального положения и погружения в соответствующую их рангу нирвану, после окончания работы штаба или после того, как соответствующие люди будут отпущены с заседания штаба. До 23-30 разрешается присутствовать на кухне 2м девушкам для обеспечения завтрака на следующий день. В 23-40 упомянутые девушки должны быть в нирване. Погружение туда должно производиться тихо и без суеты. В лазарете могут находиться до 23-15 два врача. Кроме них там может находиться не более двух больных, которые принимают процедуры и в последующем ночуют в лазарете. Со всеми остальными больными должно быть покончено до 23-00, и к моменту отбоя они должны лежать на своих штатных местах и молча страдать в темноте.
По просьбе доктора в комендантской объяве доводится до сведения приблизительно следующее:
Запрещается держать в комнате рюкзаки и чемоданы, а также рабочую одежду и обувь. Вся остальная обувь и одежда должна быть аккуратно развешена на спинках кроватей или на стенах, а также на тумбочках, кто успел соорудить. Под кроватями может находиться не более двух пар обуви.
Дежурным по комнатам вменяется в обязанность ежедневно мыть полы в жилых помещениях. Кроме того, ежедневно дежурные по палатке убирают бар, дежурные по комнате N1 убирают сушилку, по комнате N2 поддерживают в чистоте и порядке крыльцо и территорию возле умывальников. Обитатели комнаты N8 убирают коридор и прихожую со стеллажами. Качество уборки проверяет док. Она же дает соответствующие разъяснения, рекомендации и наряды. Дежурные по кухне должны приступать к исполнению своих обязанностей не позже 21-00 и заканчивать их к 23-00 с тем, чтобы по сигналу отбоя находиться в койках. Комендант ПРЕДУПРЕЖДАЕТ: НЕТ СЛОВ – Я НЕ УСПЕЛ, ЕСТЬ СЛОВО – НАРЯД!!!!
Изменение описанных порядков, продиктованные жизнью, будут вводиться в процессе применения данной объявы. Итак, дорогие друзья, вечером комендант начинает с вами интересную игру: «Кто не спрятался – я не виноват». Желающие оплакать демократию и попранные права человека могут сделать это в бесильоне до отбоя.

O больных и болезнях

Вспоминает комендант лагеря М.Силин

Насколько я помню, в 1983 году всех сразила тотальная диспепсия (сиречь понос). И если с простудой боролись ударными дозами чеснока, стоявшего в баре в мисках в гигантских количествах, то с мухами и немытыми руками борьба шла с переменным успехом. В один из дней, когда лазарет был полон, помню, там появился плакат с надписью “Товарищи бациллоносители! Поздравляем с окончанием инкубационного периода!”. Автора не помню. Может Юлька Цилевич, может Машка, может и я сам. Давно это было…

Комментарий Ю.Цилевич (Резинской):

Точно, наша с Машкой работа! А с мухами еще боролся Мишка Шульман – ходил, как сеятель, с ведром хлорки и рассыпал ее повсюду. А новых заболевших он выявлял так: подходил к человеку, проникновенно заглядывал в глаза и говорил: Признавайся, жидкий стул был?

Спасите сфинкса. Музыкальный спектакль.

Автор песен – Марик Кац. Для арии капитана использована песня А. Народицкого.

Действующие лица и исполнители:
К. – Марик Кац (пират)
Д. – Виталик Дворкин (боцман)
Ш. – Олег Шлейфман (пират)
Я. – Яшка Гавартин (капитан)
Р. – Ильич Резинский (монах)
М. – Женя Мафцир (пират)
Т. – Толик Прецениек (пират)

Действие 1.

(Таверна, входят К.,Ш., Д.)

Д. – Капитана нет. Ну вот и отлично! Успеем выпить!
К. – Хозяйка!
Ш. – Хозяйка!
Х. – Ну чего вам?
К. – Есть давай!
Д. – Живо!
Ш. – Мяса и вина!
К. – И поторопись!
Х. – Еще чего. Кто вы такие здесь командовать?
К. – Кто мы такие?!

Мы усатые пираты,
И сам дьявол нам не брат.
Как пеньковые канаты,
Крепок, строен наш пират.

Припев:
Марсы, стеньги и бизани
Все поставлены давно.
Где пираты не бывали, (3 раза)
Не бывал еще никто.

Мы с русалками плясали,
Заплывали к черту в пасть.
Мы на дне морском бывали…
Только в рай нам не попасть.

Припев

(Вбегает Р.)
Р. – Полундра – капитан!
Все (вразнобой) – О, капитан, привет, капитан.

(Входит Я.)
Я. –
Я пригласил вас, господа,
Я пригласил вас всех сюда,
Чтоб кое-что сказать!
За нами рыщут по пятам,
И нет нигде покоя нам,
И надо убегать.

Припев:
Отбросим к черту все сомненья,
Какие будут предложенья? (2 раза)

Р. – Я предлагаю выпить!

К. –
Монах, ты парень хоть куда,
За кружкой горе не беда,
Да здравствует пират!
Д. –
Вот документ старинный есть,
Но я не смог его прочесть,
Наверно, это клад.

Припев

Я. – Слушай, а где ты взял эту бумажку?
Д. (самодовольно) – Украл. В Третьяковской галерее!
Все – Во дает. Молодец!
Д. – Да, украл… в древнеегипетском отделе.
(немая сцена)
Я. – Кто умеет читать по-древнеегипетски?
К. – Я. Я окончил 2 класса АЦПУ.
Все – Чего, чего?
К. – АЦПУ. Аристократическое церковно-приходское училище.
(Дают ему документ. Он читает.)
К. – К пустынному побережью Африки пристанет ваш корабль ровно в полдень. И увидите вы там речку Нил. И пересечете ее 7 раз по течению и 5 раз против течения. И увидите…
Все – Чего?
К. – Пирамиду!
Все – О!
К. – Так вот, она вам не нужна.
Все – А!
К. – Вам нужно идти совсем в другую сторону, через пустыню. Там будет еще одна пирамида. Она вам тоже не нужна. Вам нужен сфинкс.
Все – Чего?
К. – Сфинкс.
Я. – У кого есть древнеегипетско-английский словарь?
Ш. (достает словарь и смотрит) – Сфинкс по-английски тоже сфинкс.
Р. – Сфинкс он и в Африке сфинкс. Ха-ха-ха.
К. – И под ним зарыто…
Все – Ну!
К. – Дальше не разобрать…
Я. – Ну, какие будут предложения?
Р. – Я предлагаю выпить!
Я. – Принято. Наливай!

(Все пьют)

Ш. – Давайте найдем сфинкса и посмотрим, что под ним.
Р. – Я знаю, что бывает под зверем, когда он долго лежит на одном месте.
К. – Но как мы под него заберемся? Он же большой и толстый?
Я. – А мы его просто взорвем.
Д. – Ха-ха-ха, был сфинкс и нету сфинкса!
К. – А нам по шее не дадут?
Я. – За что?
К. – Так ведь это, как его, памятник древизны, то есть старины.
Я. – Да кто там есть, в пустыне-то? Какие будут предложения?
Р. – Я предлагаю выпить…
Все – Выпить!
Р. – Нет, я предлагаю сегодня же вечером отправиться в путь.
Я. – Наливай!

Наливай скорей свою чашу,
Пусть не вином, а кровью полна.
Будет жить профессия наша,
Работа пирата, во все времена.

Перед нами раскинулось море,
Светятся где-то во тьме берега.
Купим мы там счастье и горе,
Доблесть и славу себе не века.

Становитесь под наши знамена,
Кто не боится дождей и ветров.
Наплевать нам на крест и корону,
Дворцы и соборы, и блеск городов.

Бейте, бубны, трубите, фанфары,
В путь отправляется славный фрегат.
Ждут нас где-то закатов пожары,
Бури и штормы, ветер и град.

(Пираты садятся, отдыхают. Входит М., подходит к стойке)

М. – Бренди!

(Подходит Ш. И выпивает)

М. – Еще бренди!

(Подходит Д. и выпивает)

(Подходит К., начинается драка, К., Ш, Д. убегают. Входит Я.)

Я. – Кто побил моих орлов?
М., Т. – Ну, мы.
Я. – Вы? Эй, Джонни, кто тебя побил?
К. – Вот эти дяди. (Показывает на М. и Т.)
Я. – Моих ребят одолеть не так уж и легко. Такие молодцы, как вы, мне нужны. Я беру вас к себе на корабль.
М., Т. – Рады стараться!
Я. – Через полчаса отплываем. Идите в гавань, пятый справа корабль под пиратским флагом – это наш.

(М. и Т. уходят, прибегает Р.)

Р. –
Зачем ты на судно их взял, капитан?
Ты должен прогнать их как можно скорее,
Иль в море, раскрывши их гнусный обман,
При первой возможности вздернуть на рее.

Я. – На судне пиратском обману не быть,
Ты знаешь, как я не люблю это слово,
Ты должен сейчас же мне все объяснить,
Иль будет тебе чрезвычайно фигово.

Р. –
Зашел я однажды в портовый кабак,
Хоть сан мой святой запрещает такое,
Смотрю я и вижу – здесь что-то не так:
Сидит кто-то трезвый и матом не кроет.

Я сел в уголок, кружку виски налил,
Газетой закрылся, а сам наблюдаю,
Гляжу, он чего-то на стол положил
И азбукой Морзе кому-то мигает.

Я в азбуке Морзе рублю – будь здоров,
Зачет в семинарии сдал я не сразу,
Отец Варлаампий был страшно суров,
Заставил всю выучить эту заразу.

Так вот, промигал он, что есть стройотряд,
Который уже существует полвека,
Они от пиратов чего-то хотят,
И что подошлют они к нам человека.

Ты принял людей, а, быть может, средь них
И есть человек из того стройотряда.
И я предлагаю повесить двоих!

Я. – Зачем? Невиновного вешать не надо.

Ты лучше узнай, кто из них этот гад,
На рее он будет висеть, как собака!
Иак как, коворишь, назывался отряд?

Р. – Ну точно не помню, но вроде “CHECHACO”.

Я. – Так ты выяснил, что же все-таки они от нас хотят?
Р. – А как же. Когда я выходил из этого кабака, я вроде как поскользнулся, упал на этот стол, и схватил записку, которую этот тип засунул под пивную кружку.
Я. – И что же там было написано?
Р. – Там было написано, что сфинкс – бесценный архитектурный памятник древности, и что его надо сберечь во что бы то ни стало!
Я. – Ну что же, мы еще посмотрим, кто кого!

Действие 2

Веселый слышен крик,
Летит по морю бриг,
Усатый шкипер пьет гавайский ром.
Добыча хороша,
Коньяк и анаша,
Торговец сладко спит на дне морском.

Припев:
Погони не видать,
И можно отдыхать,
На палубе разлегся пьяный кок.
Команде все одно,
Команда пьет вино,
Наш бриг несется прямо на восток.

Вот одноглазый Джо,
За голову его
Обещана награда в сто монет.
Но Джо не так уж глуп,
И он пока не труп,
Хотя ему веревка шлет привет.

Припев:
И в сумерки, и днем,
Нам сладок денег звон,
Дукаты иль реалы – наплевать.
Поберегись, купец,
Найдешь один конец,
На дне морском ты будешь сладко спать!

Д. – Капитан, у меня упал барометр.
Я. – Значит, будет буря!

(Буря. Я. стоит у штурвала, подбегает Р. с бутылкой)

Р. – Я выловил эту бутылку во время бури.
Я. – А в ней записка, свернутая в трубочку.

(Вынимают, читают)

Р. – Здесь только точки и тире.
Я. – Ничего, у нас есть телеграфный аппарат.

(Вставляют, звучит голос и морзянка)

“Командиру ССО “CHECHACO” лично в руки. Наше задание по проникновению на корабль выполнено, ждите писем. Чеч.”
Я. – Значит, он все-таки на корабле. Следи за ними не покладая ушей!

(Я. уходит, Р. забирается в бочку, к бочке подходят Т. и К.)

Т. – Послушай, ты в детский сад ходил?
К. – Ну, ходил.
Т. – А школу кончил?
К. – Ну, кончил.
Т. – Так что же ты тут ерундой занимаешься, салага?
К. – Ха-ха-ха…

Нам чужды охи, вздохи, сантименты,
Нам незнаком предстартовый мандраж,
Нам лучше нету аккомпанемента,
Чем пули свист, когда на абордаж.

На абордаж! Как много в этом звуке
Слилось дл сердца и для кошелька!
Господь и дьявол жадно тянут руки,
И жизнь пирата слишком коротка.

Припев:
Корабль паруса раскрыл по ветру,
Веселый Роджер вьется над волной,
Мы кабельтовы, мили, километры
Поспешно оставляем за собой.

Неоднократно вышедший из моды,
Пират не затеряется в тени.
Он ищет денег, славы и свободы,
И вырвет их пускай у сатаны.

По нам не плачет тихая обитель,
По нам рыдает пуля и петля.
От крови пьяный будет победитель
На палубе чужого корабля.

Припев

Блаженный миг удачи и спасенья
Откупит нам прошедшие грехи,
И каждый бой – как новое рожденье,
А если смерть – какие пустяки!

Но дьявол вновь к оружью призывает,
И как ищейка рыщет наш фрегат,
И кто-то чье-то сердце разрывает
Зазубринами ржавого клинка.

Припев

(Они уходят, приходит Я., Р. к нему подбегает)

Р. – О, мой капитан, я все узнал. Один из них – шпион!
Я. – Кто?!
Р. – А вот этот, длинный.
Я. – А как ты узнал?
Р. – Я подслушал его разговор с нашим Джоном. Слишком уж интеллигентные у него привычки. Слова грубого не услышишь.
Я. – Ничего, повесим его на рее – услышим!
Р. – Ура! Вот здорово!
Я. – Вот идет второй.
Р. – Ну и боцман с ним.
Я. – Пойди послушай, о чем они говорят.

(Я. уходит, Р. забирается в бочку. Входят М. и Д.)

М. – Боцман, после той бури мы плывем неизвестно куда.
Д. – Ну…
М. – Мы разобьемся о скалы.
Д. – Ну…
М. – Нужно поднять бунт.
Д. – Ну…
М. – Завтра на рассвете повесим капитана.
Д. – Ну…
М. – Тебе что, все равно?
Д. – А тебе?
М. – Так ты согласен?
Д. – На что?
М. – Эх, боцман, боцман, иди-ка ты лучше спать!
Д. – Ну…

(Д. подходит к капитану)

Д. – Капитан, это правда, что мы плывем не туда? Может быть, нам лучше плыть туда? А может быть, нам лучше тебя повесить?
Я. –
Я здесь капитан, и, черт побери,
Ты не мешай мне советами, боцман!
Тем, кто скулит там, носы утри,
Скажи, что кэп всегда прорвется.

Да что ты знаешь об этих морях,
Тебе бы купаться в теплой луже.
В тебя этот ветер вдувает страх,
А я видал кое-что и похуже.

Я видел, как рвется толстенный канат,
Как в море смывает лучшего друга,
Я слышал, как люди от боли вопят,
Когда ржавый трос отрывает им руку.

Скажи, чтоб держались, завтра будет земля,
Скажи, что на мостике полный порядок,
Кривого ирландца поставь у руля,
Иди выполняй, и бояться не надо.

А боцман дурак, разозлил он меня,
Все ноет и ноет – такая зануда!
Ах, знать бы и вправду, где же эта земля?
Как трудно теперь мне уверовать в чудо!

Но надо проравться, я себе говорю.
Как дьявольски хочется выпить рому на суше!
Я смерти в костлявую морду плюю…
Господь, старый хрен, ну спаси наши души!

(Крик с мостика) – ЗЕМЛЯ!

Действие 3

Сцена 1

(Все идут по пустыне, связанные веревкой, звенят колокольчики)

-Ноги по горло увязли в песке,
Сфинкса не видно, и хочется пить…
Как сейчас хорошо крокодилам в реке!
-А ну молчать, салаги, и не ныть!

-Этой затее я больше не рад,
Сфинкс укусить может и проглотить.
Не лучше ли будет вернуться назад?
-А ну молчать, слюнтяи, и не ныть!

-Эй, капитан, ты куда